В рамках своей международной деятельности по оказанию правовой помощи, Профессор Зоммер посетил Баку, чтобы помочь разобраться в сложном уголовном деле. Как итог – успешное обращение с жалобой в Европейский Суд, который признал нарушение властями Азербайджана права заявителя на справедливое судебное разбирательство. 

 

Обстоятельства дела

15 января 2007 года заявитель был задержан по подозрению в участии в преступной группировке. К заявителю никого не допускали и в течение примерно двух недель его систематически и тщательно допрашивали в присутствии назначенного государством адвоката. Несмотря на значительное давление со стороны следователей, заявитель последовательно отрицал все выдвинутые против него обвинения.

Только в мае 2007 года семья заявителя смогла выбрать ему другого адвоката и добилась замены назначенного государством адвоката.

В августе 2007 года заявителю были предъявлены обвинения по нескольким статьям Уголовного кодекса, а дело было передано в суд присяжных, который постановил проводить судебное заседание в закрытом режиме, несмотря на неоднократные возражения заявителя.

В ходе судебного разбирательства заявитель говорил о своей невиновности и показал, что целью создания возглавляемой им организация было содействие единству ислама и благотворительности, но никак не преследование антиконституционных целей. Заявитель также пожаловался, что наркотики и оружие были подброшены в его автомобиль и жилище.

Несмотря на это, 10 декабря 2007 г. суд присяжных признал заявителя и четырнадцать других лиц виновными по всем пунктам обвинения. Заявитель был приговорен к четырнадцати годам лишения свободы.

25 февраля 2008 г. Бакинский апелляционный суд, заседание которого также проводилось в закрытом режиме, отклонил апелляционную жалобу и оставил приговор суда первой инстанции без изменения.

16 января 2009 года Верховный суд также отклонил кассационную жалобу заявителя.

 

НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 § 1 КОНВЕНЦИИ

Профессор Доктор Ульрих Зоммер, защищавший заявителя, обратился с жалобой в Европейский Суд по правам человека, указав на нарушение статьи 6 § 1 Конвенции в связи с тем, что судебные заседания проводились в закрытом режиме без каких-либо веских на то причин. 

Власти Азербайджана утверждали, что уголовное разбирательство было закрытым, поскольку дело касалось попыток нарушения общественного порядка в государстве-ответчике.

Позиция Европейского Суда

Европейский Суд повторил, что проведение судебных заседаний публично является основополагающим принципом, закрепленным в статье 6 § 1 (право на справедливое судебное разбирательство). Такой публичный характер судебного разбирательства защищает стороны в судебном процессе от отправления правосудия в тайне, без общественного контроля; это также одно из средств поддержания доверия к судам. Делая отправление правосудия прозрачным, гласность способствует достижению цели пункта 1 статьи 6, а именно справедливого судебного разбирательства, гарантия которого является одним из основополагающих принципов любого демократического общества по смыслу Конвенции (см. Boshkoski v. North Macedonia, № 71034/13, § 39, 4 июня 2020 г., с дальнейшими ссылками). 

Из текста статьи 6 § 1 очевидно, что требование о проведении публичных слушаний подлежит исключениям. Таким образом, иногда может быть необходимо ограничить открытый и публичный характер разбирательства, например, для защиты безопасности или частной жизни свидетелей или для содействия свободному обмену информацией и мнениями в целях отправления правосудия (см. Б. и П. против Соединенного Королевства, №№ 36337/97 и 35974/97, § 37, ECHR 2001-III; Мартини против Франции [GC], № 58675/00, § 40, ECHR 2006 VI; и Артемов против России, № 14945/03, § 103, 3 апреля 2014 г.).

Однако, обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, ЕСПЧ отметил, что Правительство не предоставило копию постановления суда первой инстанции о проведении закрытых слушаний и что в решении Бакинского апелляционного суда о проведении закрытого судебного заседания упоминалась лишь цель сохранения в тайне секретной информации.

Тем не менее Европейский Суд ранее постановил, что простое присутствие секретной информации в материалах дела не подразумевает автоматически необходимость закрывать судебное разбирательство для общественности, не находя баланса между открытостью и соображениями национальной безопасности. Для государства может быть важно сохранять свои тайны, но гораздо важнее окружить правосудие всеми необходимыми гарантиями, а одной из самых незаменимых гарантий является гласность. Прежде чем исключить общественность из уголовного процесса, суды должны сделать конкретные выводы о том, что закрытое заседание необходимо для защиты убедительных государственных интересов (см. Пичугин против России, № 38623/03, § 187, 23 октября 2012 г.).

ЕСПЧ посчитал, что не было никаких доказательств того, что какое-либо из вышеуказанных условий, было выполнено в настоящем деле. Правительство не представило никаких документов, свидетельствующих о том, что суд первой инстанции подробно изложил причины проведения судебного заседания в закрытом режиме или что он указал, какие документы в материалах дела, если таковые имеются, были сочтены содержащими государственную тайну. 

ЕСПЧ также отметил, что национальные суды не приняли никаких мер, чтобы уравновесить пагубное влияние, которое решение о проведении закрытого судебного разбирательства должно было иметь на общественное доверие к надлежащему отправлению правосудия. 

Таким образом, ЕСПЧ пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 6 § 1 Конвенции из-за отсутствия публичных слушаний по делу заявителя. ЕСПЧ присвоил заявителю 3600 евро в качестве возмещения морального вреда.