Постановление Европейского Суда по делу «Yılmaz против Турции» (жалоба № 36607/06) от 4 июня 2019 года

Обстоятельства дела

Заявитель, Abdullah Yılmaz, гражданин Турции, родился в 1965 году и проживает в Эскишехире (Турция).

Заявитель, являющийся учителем религиозной культуры, сдал конкурсный экзамен, организованный Министерством Образования, для назначения на преподавательскую должность за рубежом. По результатам экзамена заявитель занял второе место на должность.

В августе 2000 года после завершения процесса проверки был выпущен документ с пометкой «секретно», в котором содержалась информация о заявителе и его жене. В документе говорится, среди прочего, что заявитель провел в полиции несколько дней в 1987 году по подозрению в повреждении статуи Ататюрка; что он практиковал гендерную сегрегацию (haremlik selamlık) в своем доме; и что его жена следовала исламскому дресс-коду в своей повседневной жизни и носила парик в школе, где она работала. Впоследствии Оценочная комиссия Министерства составила список из 14 учителей, сдавших конкурсные экзамены, но которые после расследования их частной жизни в соответствии со статьей 15 Директивы о безопасности были признаны непригодными для соответствующих должностей. Имя заявителя было указано в данном списке.

В ноябре 2000 года заявитель направил информационный запрос в соответствующие административные органы с просьбой объяснить, почему ему еще не предложили должность за границей, тогда как кандидат, занявший третье место на экзамене, то есть после заявителя, уже был назначен на должность. Министерство Образования ответило, что некоторые обстоятельства его жизни помешали его назначению. В январе 2001 г. заявитель пытался обжаловать решение Министерства, но безуспешно. Впоследствии Высший административный суд также отклонил жалобы заявителя.

Позиция заявителя

Ссылаясь на статью 6 (право на справедливое судебное разбирательство), заявитель жаловался, среди прочего, на длительность судебного разбирательства.

Ссылаясь на статью 8 (право на уважение частной и семейной жизни), заявитель жаловался на то, что национальные власти неправомерно подвергли его и его семью расследованию в сфере безопасности, а также отказались на основании информации о его частной жизни, полученной после расследования, назначить его на одну из должностей, на которые он должен был претендовать после сдачи конкурсного экзамена.

Правительство Турции не высказало свою позицию по данному делу

Позиция Европейского Суда

Статья 6 § 1 (право на справедливое разбирательство в разумный срок)

Суд отметил, что разбирательство длилось приблизительно четыре года и 11 месяцев в административных судах, в том числе три года и семь месяцев в Верховном административном суде. Эта продолжительность была чрезмерной для столь несложного дела и несовместимой с требованием «разумного времени». Таким образом, власти нарушили статью 6 § 1 Европейской Конвенции.

Статья 8 (право на уважение частной и семейной жизни)

Во-первых, Европейский Суд отметил, что отказ в назначении заявителя был обусловлен результатами расследования в сфере безопасности, в ходе которого была раскрыта информация о его личной жизни: его образ жизни и одежда его жены. Упоминался также арест, который произошел много лет назад, в результате чего было принято решение не возбуждать уголовное преследование в отношении заявителя. Европейский Суд отметил, что помимо информации, полученной после расследования в сфере безопасности, соответствующие административные органы не выдвинули никаких профессиональных или иных мотивов, которые могли бы оправдать запрет на назначение заявителя на должность за границей. Административные власти также не объяснили, каким образом информация, полученная в результате расследования в сфере безопасности, сама по себе может помешать заявителю приступить к работе за границей. Таким образом, Суд счел, что причины не назначения заявителя были связаны исключительно с информацией, касающейся его частной жизни.

Далее, Европейский Суд отметил, что отказ в назначении заявителя равносилен вмешательству в осуществление его права на уважение его частной жизни, и что Министерство Образования не предоставило каких-либо объяснений, которые могли бы оправдать запрет на назначение преподавателя на должность за границей. Суд также отметил, что Оценочная комиссия не выразила мнение о компетенции заявителя или его способности выполнять указанные обязанности, а исключительно приняла во внимание результаты расследования в сфере безопасности. Эти выводы придают первостепенное значение аспектам личной жизни заявителя и его жены, в частности тому факту, что она носила вуаль. Следует признать, что Суд не исключил, что в некоторых обстоятельствах конкретные требования государственной службы могут диктовать необходимость рассмотрения результатов расследований в сфере безопасности. Тем не менее, в настоящем деле не было продемонстрировано, как тот факт, что жена заявителя носит вуаль и то, как заявитель вел себя дома - вопросы, относящиеся к частной сфере, - может противоречить императивам общественного интереса или потребностям обучения и воспитания. ЕСПЧ также отметил, что предыдущий арест заявителя не привел к судебному преследованию и также не стал основанием для запрета ему преподавать в государственном секторе. Поэтому Суд счел установленным, что решение не назначать заявителя на должность за границей было мотивировано факторами, связанными с его частной жизнью. Даже предполагая, что такое вмешательство соответствовало закону и преследовало одну из законных целей, указанных в статье 8 Конвенции, Европейский Суд счел, что в любом случае в демократическом обществе оно не было необходимым. Следовательно, имело место нарушение статьи 8 Конвенции в отношении заявителя.

Заявитель не ходатайствовал о назначении денежной компенсации.